Кремлевских прогнали с работы

Вчерашний саммит СНГ в Минске стал первым, который не освещался российской прессой. Белорусские власти лишили аккредитации фотокорреспондента Ъ Дмитрия Азарова и двух корреспондентов “Московского комсомольца”. В знак протеста саммит покинули все российские журналисты. Специальный корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ, лично вычеркнутый из черного списка президентом Беларуси Александром Лукашенко, высочайшей амнистией не воспользовался.
– Вы корреспондент “Коммерсанта”?! – искренне обрадовался сотрудник службы безопасности белорусского президента на входе в национальную библиотеку.- Так мы специально для вас собаку держим! Мы таких, как вы, не пустим. У нас приказ.
Но они меня пустили. Собака и в самом деле была. Рядом со входом, в гардеробе, положив морду на чей-то ботинок, лежал грязный белый кобель. Помесь лабрадора с боксером.
То есть без особой натяжки можно утверждать, что нас в Минске травили собаками.
Впрочем, это животное было самым добродушным созданием здесь, в холле библиотеки.
В здание национальной библиотеки не проник ни фотокорреспондент Ъ Дмитрий Азаров, ни корреспонденты “Московского комсомольца”. Всем им дали понять, что их издания чем-то провинились перед режимом Александра Лукашенко. В “МК” вышла статья, в которой личная жизнь господина Лукашенко была подвергнута даже более тщательному анализу, чем личная жизнь Анастасии Заворотнюк, разворачивавшаяся в ее квартире после отъезда ее бывшего мужа с ее детьми на отдых в далекую страну.
Можно было бы предположить, что господину Лукашенко не понравились фотографии в газете “Коммерсантъ”, и поэтому в библиотеку в этот день не попал, как ни старался, господин Азаров. Но это не так. На прошлой неделе в Беларуси была встреча глав правительств СНГ. Так вот, на нее не аккредитовали и пытались не пустить экономического обозревателя Ъ, журналиста правительственного “пула” Петра Нетребу.
Между тем рядовые сотрудники службы безопасности белорусского президента близко к сердцу приняли проблемы российских журналистов.
– Мы вас так ждали! – признался один из них.- Готовились. Будьте спокойны: у нас никто не пройдет!.. А что, меня на камеру снимают?
Молодой человек, говоривший это, стоя на часах у рамки металлоискателя, сразу замолчал, а когда тележурналисты отошли, тихонько спросил:
– А по какому каналу меня покажут?
– По всем, – сказал я ему.
– Правда?! – не поверил он.- А во сколько? Я маме позвоню.
Попытки трех опальных журналистов наладить контакт с сотрудниками службы безопасности президента Беларуси ни к чему не привели. На вопрос, что это за пластиковые бирки выдают всем прошедшим спецконтроль, им сообщили, что теперь все эти люди под контролем и если кто-то не туда, куда надо, пойдет, бирочка взорвется с негромким характерным хлопочком.
– Не беспокойтесь, вы уже ничего не почувствуете, – успокаивали и нас гостеприимные белорусы.
И дело в том, что к этому времени ситуация была уже такова, что не могло быть никакой уверенности в том, что все это шутки. За несколько минут до этого сотрудникам телеканала Russia Today, например, пресс-служба белорусского президента запретила записывать “стендап” на английском языке. С каждой секундой ситуация приобретала все более апокалиптический характер. Выяснилось, что еще на прошлой неделе белорусы забраковали кандидатуры трех журналистов – без объяснения причин. Ссылки на то, что Минску общим решением глав СНГ было доверено провести этот саммит и что пресс-служба белорусского президента не имеет права отказывать в аккредитации на это мероприятие, не имели успеха.
Тогда эту проблему попытался решить министр иностранных дел России господин Лавров. Появилась нота МИДа за его подписью, после которой белорусы сказали: “Ну ладно, пускай приезжают”.
Но потом они взяли себя в руки и заявили, что у этих журналистов нет никаких шансов осветить это мероприятие вспышками своих фотоаппаратов. Тогда глава администрации российского президента Сергей Собянин попытался решить проблему в разговоре со своим белорусским коллегой. И они снова, кажется, договорились. Но потом эта история повторилась: белорусская администрация в последний момент, уже ночью накануне саммита, дезавуировала решение своего руководителя – без сомнения, по его распоряжению.
Когда господин Путин уже прилетел в Минск и журналистов не пустили в библиотеку, пресс-секретарь российского президента господин Громов пытался договориться уже со своим коллегой. Как я понял, никто не хотел лишнего шума. Я, пройдя на это мероприятие, убедился в этом. Меня самого, конечно, удивляло и огорчало то, что я сам не оказался в этом почетном черном списке. По этому поводу я тоже провел небольшое расследование, завершившееся сенсационным результатом. Один высокопоставленный белорусский чиновник сказал мне, что “Александр Григорьевич (президент Беларуси господин Лукашенко.- Ъ) помнит о том, что два года назад в Сочи он обещал полазить вместе с вами по газовым трубам в нашей республике, так что вы можете ни о чем не беспокоиться”.
И все-таки я беспокоился. Решение уйти с саммита, уверен, было единственно правильным, хотя бы потому, что все равно невозможно было понять, что там происходит, ибо заседание шло в закрытом режиме.
Это решение поддержал весь кремлевский пул, и это было единственным приятным сюрпризом за весь этот день. Казалось, сотрудники информационных агентств должны же были по идее проинформировать своих подписчиков о результатах саммита. Хотя бы о фразе господина Лукашенко в начале расширенного заседания: “Уважаемые друзья, я еще раз рад поприветствовать вас на белорусской земле, спасибо, что вы приехали к нам. Сегодня каждый белорус знает об этом мероприятии, ждал его и с нетерпением ждет информации из этого зала. Ведь мы оказались в эпицентре не только нашей страны. За нами тщательнейшим образом наблюдают наши соседи, и, думаю, не совсем близкие. Поэтому я хочу пожелать успехов нашей работе, а мы, в свою очередь, сделаем все, чтобы эта работа оказалась успешной… Пока мы не имеем никаких претензий со стороны участников. Пока мы сделали все, чтобы здесь было комфортно работать всем!”
Но сотрудники агентств проинформировали только о том, что кремлевский пул ушел из библиотеки, хлопнув дверью перед пресс-конференцией глав СНГ. Это была хорошая работа.
АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ
КоммерсантЪ